Фамилия Папенков — один из тех случаев, где народное прозвище, кажется, говорит само за себя, но при ближайшем рассмотрении открывает неожиданные повороты. В основе фамилии лежит прозвище Папа, а оно в русских говорах и документах XVI–XVII веков вовсе не было детским словом. Так могли назвать главу большого семейства, единственного кормильца, на котором держался весь дом, или, напротив, мальчика, которого воспитывал один отец. В обоих случаях прозвище цеплялось к человеку прочно и переживало крестильное имя.

Слово «папа» имело и второй смысл — так на Руси называли римско-католического первосвященника. Отсюда версия, что прозвище могло достаться человеку уважаемому, авторитетному, игравшему значительную роль в обществе, эдакому «патриарху» в миру. Правда, эта гипотеза слабее: вряд ли крестьянина или посадского человека регулярно сравнивали с главой католической церкви. Скорее, «папа» здесь — чисто семейное, домашнее прозвание, которое затем вышло за пределы избы.

Самый интересный момент — словообразовательная цепочка. Фамилия Папенков несёт на себе следы двух разных традиций. Суффикс -енко указывает на украинское или белорусское происхождение: там так образовывали фамилии от отцовских прозвищ. Первоначально род носил форму Папенко — «сын Папы». Затем, уже на русской почве, к этой основе добавили великорусский суффикс -ов, и получилось Папенков. Такая двойная русификация — не редкость: переселенцы с Украины и из Белоруссии адаптировали свои фамилии под местную модель, чтобы звучать привычнее для окружающих.

Письменные источники подтверждают, что прозвище Папа существовало в допетровской Руси. Известен Фёдор Семенович Папа Вислоухов-Сабуров, живший в первой половине XVI века, а в 1623 году упоминается белоозерский посадский человек Яков Папин. Эти примеры показывают, что прозвище не было единичным курьёзом, а бытовало в разных слоях общества — от служилых людей до посадских.

Говорить о точном времени и месте возникновения фамилии Папенков можно лишь предположительно. Скорее всего, она оформилась на землях современной Украины или Белоруссии, а затем вместе с носителями перебралась в Россию, где и приобрела привычное для русского уха окончание. Но процесс формирования каждой отдельной фамилии мог быть длительным и не всегда привязан к одной местности, поэтому окончательную точку в этом вопросе ставят только серьёзные генеалогические исследования.