Фамилия Папентев — редкая, и её происхождение не лежит на поверхности. В первую очередь она привлекает внимание необычным корнем, который не встречается в распространённых русских фамилиях, таких как Иванов или Кузнецов. Наиболее вероятное объяснение — это фонетическое искажение или адаптация греческой фамилии Папандреу или Пападимитриу. В XIX веке в южных губерниях Российской империи, особенно в Новороссии и на Кубани, оседало много греческих переселенцев. Их длинные фамилии на -опуло и -иди нередко русифицировались: сложный корень сокращался, а к основе добавляли типичный русский суффикс -ев, указывающий на принадлежность («чей?» — сын Папента). Таким образом, Папентев могло означать «сын Папента», где «Папент» — это усечённая форма от греческого «папас» (священник, поп) и личного имени (например, Андреас).

Суффикс -ев в этой фамилии — стандартный патронимический, как в Соколове или Медведеве. Он указывает, что фамилия сформировалась в среде, где было принято называть человека по отцу. Однако основа «Папент» не является ни древнерусским именем, ни названием профессии. Это ключ к версии о греческом следе: в греческой ономастике «Папа...» — это приставка, означающая «попович», «сын священника». Если бы фамилия была чисто русской, мы бы ожидали корень вроде «Папентьев» (от имени Пафентий, которое в народе звучало как Папентий), но форма без «ий» — Папентев — ближе к греческому сокращению.

Менее вероятная, но возможная версия — прозвищное происхождение. В некоторых говорах «папент» могло быть искажённым вариантом слова «папенька» или «папин», но для этого нет устойчивых диалектных записей. Если же отталкиваться от имени Пафентий, то фамилия должна была бы писаться через «ф» и с суффиксом -ьев (Пафентьев). Форма Папентев выглядит как более поздняя запись на слух, когда глухой звук «ф» заменился на «п», а окончание упростилось.

Географически фамилия тяготеет к югу России — Краснодарский край, Ростовская область, Ставрополье. Именно там исторически были компактные греческие общины. В центральных и северных регионах она почти не встречается. Это косвенно подтверждает версию о греческом корне: предки носителя фамилии могли быть потомками священников из греческих поселений Причерноморья, которые в XIX веке получили «обрусевшую» фамилию при записи в метрические книги.

Единого толкования у фамилии нет, и это нормально для редких ономастических случаев. Но если выбирать между греческим заимствованием и русским диалектным прозвищем, первая версия убедительнее: она объясняет и необычный корень, и ареал распространения, и типичную для юга модель адаптации иностранных фамилий.