Фамилия Патер звучит непривычно для русского уха, и это не случайно. В её основе лежит латинское слово pater — «отец». Однако путь, который проделало это слово, превратившись в фамилию, извилист и полон неожиданных поворотов.

В первую очередь стоит разобраться с прозвищем, от которого образована фамилия. В католических монастырях патером называют монаха в сане диакона или иерея. Простых же монахов именуют иначе — frater, то есть «брат». В русском разговорном языке словом «патер» издавна называли любого католического священника, вкладывая в это слово скорее бытовой, чем богословский смысл.

Но здесь возникает любопытное противоречие. Если прозвище Патер указывало на священническое занятие предка, то как оно могло закрепиться за потомками? В католичестве священникам не позволено обзаводиться семьёй, а значит, у патера не могло быть прямых наследников, которые унаследовали бы его прозвище. Это делает версию о прямом родстве с католическим клириком маловероятной.

Куда правдоподобнее другая история. Прозвище Патер мог получить не сам священник, а его близкий родственник, например брат, воспитанник или работник. В глазах окружающих такие люди прочно ассоциировались с патером, и это прозвище закреплялось за ними, а затем переходило к их детям. Наконец, не стоит сбрасывать со счетов и чисто внешнее сходство: прозвище Патер мог носить человек, который чем-то напоминал католического священника — манерой поведения, строгостью или даже одеждой.

Сам способ образования фамилии — простой, без суффикса, когда прозвище целиком становится фамилией, — характерен для позднего времени и часто встречается в среде, где фамилии закреплялись не по патронимическому принципу, а по прозвищному. Это ещё раз подтверждает, что перед нами не наследственное обозначение профессии, а личное прозвище, которое по стечению обстоятельств пережило своего носителя.