Фамилия Патлова — яркий пример того, как суффикс меняет историю. Если бы она звучала как Патлов, её происхождение было бы очевидным: отчество от прозвища или имени Патло. Но суффикс -а указывает на иную модель образования. В русской традиции фамилии на -ов/-ев и -ин образуются от мужских основ, а на -а чаще всего — от женских прозвищ или от имён, данных по матери (матринимы). Однако в случае Патловой есть нюанс: это не матриним, а скорее фамилия, возникшая из уличного прозвища женщины — Патла. Такие прозвища давали за внешность: «патлы» в русских говорах означали длинные, растрёпанные, неопрятные волосы, космы. Женщину с такими волосами могли прозвать Патлой, а её детей и домочадцев — Патловыми.

География фамилии подсказывает, где искать корни. Патловы и Патловы встречаются в документах по Северу России и Поволжью — регионам, где слово «патлы» было в ходу. В архангельских и вятских говорах это слово звучало особенно часто. Вторая версия, менее вероятная, но допустимая: основа могла восходить к диалектному глаголу «патлать» — трепать, рвать, чесать лён. В таком случае прозвище Патла мог получить человек, занятый обработкой льна, — трепальщик или чесальщик. Но эта версия слабее: прозвища по действию чаще образовывались с суффиксом -ун (Патлун) или -льщик.

Сравнение с однокоренными фамилиями даёт дополнительный контекст. Патлов, Патласов, Патлаенко — все они отталкиваются от той же корневой основы, но оформлены по разным словообразовательным моделям. Редкость фамилии Патлова (по сравнению с Патлов) объясняется именно её «женским» суффиксом: такие фамилии чаще встречаются в северных и сибирских регионах, где уличные прозвища дольше сохранялись в быту и могли закрепляться за потомками в неизменной форме — без переделки в мужской род.