Фамилия Пенченков — один из тех случаев, когда за стройной на вид версией скрывается сразу несколько возможных историй, и выбрать единственную непросто. Начнём с самого вероятного объяснения: в основе фамилии лежит имя Пётр, точнее, одна из его народных, уменьшительных форм — Пенка. Имя Пётр (с древнегреческого — «камень, скала») всегда было в России на особом счету, а после петровских реформ и вовсе вошло в десятку самых частотных мужских имён, поэтому и фамилий, от него образованных, очень много.

Однако форма Пенка — не самая очевидная производная от Петра. Обычно мы ждём Петю, Петрушу или Петьку, а тут — Пенка. Тем не менее, в народной традиции имя легко перекраивалось: от Петра вполне могли образоваться и Пеня, и Пенка, точно так же, как от Ивана — Ваня, а от Марии — Маня. Так что версия с крестильным именем выглядит правдоподобно, но есть и вторая, не менее интересная.

Согласно другому толкованию, в основе фамилии лежит не имя, а прозвище Пень. Пнём на Руси называли и остаток срубленного дерева, и, в переносном смысле, человека невысокого роста, крепкого, коренастого, а иногда — несообразительного, тугодума. Вряд ли такое прозвище давали за выдающийся ум, но в фамилиях, как известно, отражалась не только похвала, но и ироничная оценка. Если принять эту версию, то Пенченков — это буквально «сын Пенька», то есть потомок человека с таким прозвищем.

Отдельного разговора заслуживает суффикс. В современном виде фамилия оканчивается на -ов, что типично для русских фамилий. Но если присмотреться, внутри прячется характерный украинский или белорусский след: форма Пенченко. Именно так, вероятно, звучала фамилия до того, как её носители оказались в великорусских землях. Там, по законам местной традиции, к основе добавили русский суффикс -ов, и Пенченко превратился в Пенченкова. Это типичная история русификации: так же адаптировались многие южнорусские и украинские фамилии, когда их обладатели переселялись севернее.

Точное время и место возникновения фамилии установить сейчас сложно — процесс формирования фамилий растянулся на столетия, и письменные источники часто запаздывали. Но сам факт, что в фамилии соединились и уменьшительное имя (или прозвище), и украинский суффикс, и русское окончание, делает её любопытным памятником славянского имени и межкультурных связей.