Фамилия Петрава — редкий случай, когда географический акцент важнее морфологического разбора. На слух она кажется «неправильным» вариантом от Петров, но на деле это не ошибка письма, а живая диалектная форма, закреплённая в паспорте.

Словообразовательная модель здесь нестандартна. В русской ономастике фамилии на -ов/-ев образуются от полных форм имён (Пётр → Петров), а на -ин — от основ на -а/-я (Петра → Петрин). Петрава выбивается из обоих рядов: суффикс -ава не свойственен русской фамильной системе. Это прямое указание на западнославянское или балтийское влияние. В белорусском, польском и литовском языках фамилии на -ава (-awa) встречаются часто, особенно в районах, где столетиями жили рядом православные, католики и униаты. Если предки Петрава — выходцы из западных губерний Российской империи (Гродненская, Виленская, Минская), то фамилия могла возникнуть как местная адаптация крестильного имени Пётр: от его уменьшительной формы Петра (Петро) с добавлением суффикса принадлежности -ав/-ава.

Вторая версия — прозвищная. В некоторых говорах «петрова» (с ударением на второй слог) означало «петушиный», «задиристый», а в псковских и смоленских диалектах «петравый» — человек с петушиной походкой или громким голосом. Тогда фамилия фиксирует не имя, а характер первого носителя.

Географически фамилия Петрава редка даже для Беларуси и западных областей России. В современных справочниках она почти не встречается, что говорит либо о малочисленности рода, либо о поздней унификации написания (возможно, исходно фамилия звучала Петрав, а окончание -а добавили при записи в метрику по аналогии с женскими формами). В любом случае, человек с фамилией Петрава почти наверняка имеет корни в зоне пограничья славянских и балтских культур, где фамилии не всегда подчинялись строгим правилам литературного языка.