Фамилия Петюнин — яркий пример того, как личное имя, пройдя через цепочку народных переделок, застыло в виде фамилии. В её основе лежит каноническое имя Пётр, но не напрямую, а через его просторечную, уменьшительно-ласкательную форму Петюня. Таких производных от Петра в русских говорах было множество: Петруня, Петряй, Петюха, Петюня. Суффикс -юн- здесь носит не столько уменьшительный, сколько обиходно-фамильярный оттенок, характерный для деревенской среды.

Словообразовательная модель проста и типична для русского Севера и центральных областей: основа Петюн + фамильный суффикс -ин. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей сын?» — Петюнин, то есть сын Петюни. Такая модель была массовой в XVI–XVII веках, когда фамилии только закреплялись, и чаще всего встречалась у крестьян и посадских людей, реже — у духовенства.

Интересно, что в отличие от фамилий на -ов (Петров), которые образовывались от полной формы имени, фамилия Петюнин свидетельствует о более тесной, бытовой среде общения. Предок, которого в миру звали Петюня, скорее всего, не был видным боярином или купцом — это рядовой крестьянин или ремесленник, чьё прозвище закрепилось за потомками.

Споров о происхождении фамилии почти нет: альтернативные версии, выводящие её от несуществующего слова «петюн» (якобы родственного «петух»), лингвистически слабы, поскольку суффикс -юн- в русском языке характерен именно для личных имён, а не для названий животных. Географически фамилия Петюнин тяготеет к Вологодской, Архангельской и Кировской областям, что косвенно подтверждает её севернорусские корни — именно там дольше сохранялись архаичные уменьшительные формы имён.

Таким образом, фамилия Петюнин — это не просто «производное от Петра», а живое свидетельство народной речи, где полное имя заменяли коротким, домашним прозвищем, которое и стало родовым.