Фамилия Пигозин — редкий пример, где основа настолько затемнена, что без привлечения диалектной лексики не обойтись. Прямой и очевидный корень «пигоз» в литературном русском языке отсутствует, поэтому этимологу приходится обращаться к говорам и иноязычным заимствованиям.

Наиболее вероятная версия связывает фамилию с севернорусским диалектным словом «пигоз» или «пигоза». В архангельских и вологодских говорах так называли суетливого, беспокойного человека, непоседу. В некоторых местах слово имело оттенок «привередливый» или «обидчивый». Суффикс -ин указывает на принадлежность: Пигозин — «сын или потомок Пигозы», то есть человека, получившего такое прозвище за характер. Модель образования типична для северных и центральных областей России, где фамилии на -ин широко распространены.

Существует и менее очевидная гипотеза, выводящая основу из финно-угорского субстрата. В карельском и вепсском языках есть корни со значением «борода» или «козёл», но фонетически «пигоз» к ним не привязывается строго. Эта версия слабая: нет ни одного диалектного или документального подтверждения, что слово с таким значением бытовало в русской среде. Поэтому прозвищное происхождение от «пигозы» — непоседы — остаётся единственным убедительным объяснением.

География фамилии узкая. Основные очаги — Вологодская и Архангельская области, а также отдельные районы Кировской области. Встречаемость крайне низкая, что говорит о локальном характере прозвища, не вышедшего за пределы небольшой группы деревень. В дореволюционных переписях Пигозины фиксируются в основном среди государственных крестьян севера, без связи с каким-либо ремеслом или сословием выше крестьянского.

Таким образом, фамилия Пигозин — не от имени и не от профессии, а от меткого народного слова. Предок носителя, скорее всего, был человеком непоседливым или чересчур обидчивым, и это качество закрепилось за его потомками в виде редкой фамильной формы.