Фамилия Питалин — наглядный пример того, как русская фамилия может хранить память о занятии предка, но не прямым, а косвенным путём. Вопреки ожиданию, её основа — не глагол «питать» (в смысле кормить), а скорее всего, прозвище, связанное с едой, но с совершенно другим оттенком.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?» — Питалин). Значит, в основе лежит личное имя или прозвище Питала. Самая вероятная версия: Питала — это человек, который любил плотно поесть, обжора, «питающийся» с особым аппетитом. В русских говорах слово «питать» могло иметь значение «есть, употреблять пищу», а «питала» — прозвище того, кто делал это часто и помногу. Такие прозвища давали не в обиду, а для меткой характеристики: «вон Питала пошёл» — значит, человек, который не пропустит ни одной трапезы.

Есть и вторая, более редкая версия: прозвище могли дать от слова «питель» — так в некоторых диалектах называли плетень, изгородь. В этом случае Питала — человек, который занимался плетением заборов или жил возле такой изгороди. Но эта гипотеза менее убедительна: суффикс -ин естественнее ложится на личное прозвище, а не на название предмета.

Географически фамилия Питалин не привязана к одному региону, но чаще встречается в центральных областях России — в Тверской, Ярославской, Московской губерниях. В переписных книгах XVII–XVIII веков можно найти крестьян и посадских людей с этой фамилией, что говорит о её простонародном происхождении: Питалины не принадлежали к дворянству, а были обычными тягловыми людьми.

В отличие от фамилий на -ов/-ев, которые часто образовывались от полных христианских имён, Питалин стоит в ряду «говорящих» прозвищных фамилий. Его однокоренные «собратья» — Питаев, Питалов, Питашов — тоже отсылают к той же бытовой черте. Интересно, что фамилия Питалин не утратила своего первоначального смысла: любой носитель может догадаться, что его предок был человеком с хорошим аппетитом.