Фамилия Питьев — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, сохранилось почти без изменений. Её ядро — глагол «пить» или существительное «питьё». Вопреки возможной догадке, предок был не обязательно пьяницей. В русских говорах «питей» или «питьё» называли не только процесс, но и меру жидкости, а также сам напиток, особенно хмельной. Прозвище Пить или Питень мог получить человек, который торговал питьём — содержал кабак, питейный дом или разносил квас и брагу на ярмарке. Такое занятие было прибыльным, но не всегда почётным, поэтому прозвище закреплялось за семьёй.

Суффикс -ев указывает на стандартную русскую патронимическую модель: Питьев — сын Питя или Питяя. Полная форма прозвища могла звучать как Питень, а фамилия тогда означала бы «Питнев», но со временем н выпало, и получился более краткий вариант. В документах XVII–XVIII веков встречаются крестьяне с прозвищем Питья, от которого образовались бы Питьины, но Питьев — более редкая ветвь.

Географически фамилия тяготеет к северным и центральным регионам России. В переписных книгах Вологодчины и Костромской губернии изредка фиксировались крестьяне с фамилией Питьев, но массового распространения она не получила. Это объясняется просто: прозвище было слишком прозрачным, и его носители при переездах могли менять фамилию на менее «говорящую» — например, на Кабаков или Квасников.

Лингвистически интересно, что фамилия избежала церковнославянского влияния. В отличие от фамилий на -ский, которые часто давали духовенству, Питьев остался в народной среде. В ней нет ни намека на латинские или греческие корни — чисто русская бытовая основа, которая почти не встречается за пределами восточнославянского ареала.

Сегодня Питьевых немного. Фамилия не стала дворянской или купеческой, не попала в справочники «Известные люди России». Но именно эта неприметность и сохранила её в первозданном виде — как прямое указание на занятие предка, который кормил семью тем, что поил других.