Фамилия Плахотна — редкий случай, когда географическое происхождение почти очевидно, но, вопреки ожиданиям, корни у неё не украинские, а польские. Основа фамилии — слово «plachotny» или «plachotna», которое в старопольских диалектах означало «плачущий», «жалобный» или, по другой версии, «ноющий» (от «plakać» — плакать). Это прозвище могли дать человеку с печальным голосом, склонному к слезам или постоянным жалобам. В отличие от русских фамилий на -ов/-ев или -ин, которые образуются от притяжательных форм, здесь мы видим чистую основу прилагательного в женском роде — Плахотна. Такое окончание характерно для польской модели, где фамилия женщины могла закрепиться в документах в исходной форме (например, как у поляков — Ковальска, Новака). Но в русской среде фамилия со временем перестала склоняться по родам и застыла в форме Плахотна для всех членов семьи.

Судя по географическому распространению, фамилия встречается в основном на западе России, в Брянской, Смоленской, Псковской областях, а также в Беларуси и на востоке Польши. Это регионы, где веками пересекались польское и восточнославянское влияние. В польских метриках XVII–XVIII веков встречается форма Плахотный (Plachotny), но в русских переписях она чаще записывалась с конечной «а» — возможно, из-за того, что носителями были женщины или что писарь фиксировал фамилию так, как слышал от местных жителей, где мягкий знак и окончание смешивались.

Есть и менее вероятная, но интересная версия: связь с украинским словом «плахта» — грубая ткань, одеяло. Тогда Плахотна могла быть прозвищем ткачихи или торговки плахтами. Однако фонетически «плахотна» от «плахта» образуется нелогично: скорее была бы фамилия Плахтина или Плахотная. Поэтому версия с «плачущим» человеком выглядит убедительнее: она объясняет и суффикс, и значение, и региональную привязку.

Социальный контекст фамилии — скорее крестьянский или мещанский. В дворянские гербовники Плахотна не попала, что подтверждает её прозвищное, бытовое происхождение. В XIX веке носители фамилии чаще всего числились государственными крестьянами или однодворцами на западных окраинах империи. Сегодня это редкая фамилия, которую несут не более нескольких сотен человек в России, и её польское звучание часто вызывает удивление у тех, кто ищет свои корни.