Фамилия Подоксёнов — редкий случай, когда орфография сохранила живую народную переделку, а не книжную норму. Если отбросить искажение, перед нами классическая русская фамилия, образованная от мирского имени Подосён. Такое имя давали ребёнку, рождённому в предосеннюю пору — в конце августа или начале сентября, когда «под осень» уже заметно в воздухе. Имя было ходовым на Руси, и у С. Б. Веселовского мы находим тому подтверждения: Подосен, крестьянин первой половины XVI века из Новгорода, Подосен Иванович Лазарев (1526 год, Кашин), а также Гридя и Михаил Григорьевичи Подосеновы из Старицы середины XV века.

Но откуда взялось «кс» вместо «с»? Тут и кроется главная загадка. Скорее всего, именование Подосён столкнулось с просторечной формой Оксён — народным вариантом имени Авксентий. Ухо наших предков легко перестроило незнакомое «Подосён» в более привычное «Подоксён», благо имена с корнем «кс» (Авксентий, Ксенофонт) в обиходе не переводились. Так потомки человека, которого звали Подосён, получили фамилию с неожиданной буквой «к» в середине.

Впрочем, есть и вторая версия, которая отводит Подосёну роль не имени, а прозвища. В старину существовало слово «подосёнок» — так называли предосенний рыбный промысел. Если предок промышлял рыбой в эту пору, его вполне могли окрестить Подосёном, и тогда фамилия указывала бы на род занятий, а не на время рождения. Какая из версий правдоподобнее? Первая выглядит убедительнее: слишком уж органично вписывается Подосён в ряд древнерусских имён, данных по календарной примете, да и новгородские и тверские записи XV–XVI веков подтверждают, что имя бытовало самостоятельно.

Сама фамилия Подоксёнов — явный северорусский или тверской след, ведь именно в этих краях фиксируются ранние носители исходной формы. Суффикс -ов указывает на принадлежность: Подоксёнов буквально значит «сын Подоксёна», то есть потомок человека с таким именем или прозвищем. Со временем, когда фамилии устоялись, искажённый вариант закрепился и пережил своего «правильного» родича — фамилия Подосёнов встречается, но Подоксёнов звучит куда характернее и самобытнее.

Точное время и место, где произошла эта замена, установить едва ли удастся: процесс формирования фамилий растянулся на столетия, а народная этимология работала в каждом поколении. Но сам факт, что фамилия дожила до наших дней в таком виде, делает её ценным памятником живой речи — той самой, что не признаёт книжных правил и перекраивает слова на свой лад.