Фамилия Полушин — один из тех случаев, где народная тропа и церковный календарь сошлись в одной точке. Если коротко: перед нами типичная «сыновья» фамилия, образованная от личного имени или прозвища Полуша. Но за этим коротким именем прячется сразу две истории, и разобраться в них полезно.

Начнём с главной версии, которую поддерживает большинство ономастов. Полуша — это просторечная, краткая форма канонического имени Полиевкт. Имя редкое, греческого происхождения, и в переводе означает «долгожданный». В святцах оно есть, но широкого хождения в народе не получило — слишком тяжело выговаривалось для повседневной речи. Как это часто бывало, церковное имя сократили до удобного бытового варианта: Полиевкт — Полуша. Отчество Полушин, то есть «сын Полуши», и закрепилось в качестве фамилии. Такая модель образования через суффикс -ин — одна из самых распространённых в русской антропонимии, она указывает на принадлежность к отцу или главе семьи.

Есть и вторая версия, но она заметно слабее. Согласно ей, Полуша — это прозвище, а не сокращённое имя. В старину полушкой называли самую мелкую монету — полденьги, то есть половину самой маленькой денежной единицы. Логика прозвища понятна: так могли назвать бедного человека или того, кто был «мелкой сошкой». Однако здесь есть нюанс. В тамбовских говорах слово «полуша» означало «два крестца, две бабки снопов в поле, полкопны», а в костромских — «мера земли, которая делится на копейки, денежки, полушки». То есть в разных регионах слово имело совершенно разный смысл, и не всегда денежный. Но даже с учётом этих диалектных значений, версия с именем Полиевкт выглядит правдоподобнее: слишком уж точное фонетическое совпадение с краткой формой, а прозвища от монет в основе фамилий встречаются реже, чем имена.

Сказать точно, где и когда возникла фамилия, сейчас невозможно. Процесс становления русских фамилий растянулся на несколько столетий, и Полушины могли появиться независимо в разных регионах. Но сама по себе фамилия — любопытный памятник: она сохранила для нас редкое церковное имя, которое в полной форме почти исчезло из обихода, и показывает, как гибко русский язык приспосабливал чужеземные имена к своим меркам.