Фамилия Попужаев — яркий пример прозвищной фамилии, образованной от глагола «пужать» (пугать) с приставкой «по-». В основе лежит диалектное слово «попужай» — тот, кто пугает, либо же человек, получивший такое прозвище за склонность к пугливости или, наоборот, за привычку пугать других. Суффикс «-ев» указывает на принадлежность: Попужаев буквально означает «сын Попужая».

Интересная особенность — написание фамилии с буквой «ж», а не «г» (в отличие от «пугать»). Это типичный южнорусский или украинский диалектный признак: замена «г» на «ж» в корне (ср. «пужать» вместо «пугать»). В говорах Рязанской, Тамбовской, Воронежской областей и в украинском языке форма «пужати» является нормой. Таким образом, фамилия географически привязана к южнорусским землям, где такие фонетические особенности сохранялись веками.

По модели образования Попужаев — типичная «патронимическая» фамилия, но не от крестильного имени, а от прозвища. В русском ономастиконе есть и другие фамилии от этого корня: Пугачёв, Пужайкин, Пужалов, Попугаев. Последняя — ошибочный вариант, возникший из-за переосмысления: «попугай» (птица) не имеет отношения к пуганью. Попужаев же сохранил исходную диалектную форму, избежав «облагороженного» написания.

Социальный контекст фамилии — крестьянская среда. Прозвище «Попужай» могли дать человеку с пугливым характером (такого легко «попужать» — испугать) либо шумному, крикливому, который сам всех пугал. В быту XVI–XVII веков, когда закреплялись фамилии, такие прозвища часто становились «уличными» кличками, а затем передавались детям как фамилия. Попужаевы, скорее всего, были черносошными или помещичьими крестьянами южных уездов.

Фамилия редкая. Встречается в основном в Курской, Воронежской, Ростовской областях, а также среди потомков переселенцев на Кубани и в Сибири. В дореволюционных метрических книгах её фиксировали с вариантами «Попужаев» и «Попужаевъ», без «ё» — ударение падает на второй слог (Попýжаев), что подтверждает связь с глаголом «попужать», а не с «попугай».

Если у вас фамилия Попужаев, ваши предки — носители живого диалектного слова, которое в литературном языке почти исчезло. Фамилия сохранила звучание народной речи, не поддавшись книжной норме.