Происхождение
Фамилия Порсевы
Порсевы — фамилия с прозвищной основой, и за ней стоят как минимум две разные истории, которые могли сойтись в одном написании. Первая версия ведет к диалектному слову «порса»: в восточно-сибирских говорах так называли рыбную муку, сушеную и толченую рыбу. Прозвище Порсий в таком случае получал человек, который занимался изготовлением или продажей этой муки. Промысел был конкретным, требовал навыка и, видимо, был достаточно заметен, чтобы закрепиться за человеком в качестве имени. Вторая версия отталкивается от глагола «порскать» — в охотничьем деле это значит выставлять зверя в поле криком и хлопаньем арапника. Тогда Порсием называли охотника, и прозвище подчеркивало его роль в коллективной охоте.
Словообразовательная модель здесь простая и типичная для русских фамилий: суффикс -ев присоединился к основе Порс-, а конечный -ий из прозвища Порсий отпал. Так что фамилия Порсев буквально означает «сын Порсия» или «из рода Порсия». Такая модель — одна из самых массовых в русской ономастике, она же лежит в основе тысяч фамилий от личных имен и прозвищ.
Какая из двух версий правдоподобнее? Если судить по географии, то «рыбная» выглядит убедительнее: восточно-сибирское происхождение слова «порса» дает четкую региональную привязку, а промысел сушеной рыбы был распространен в тех краях. Охотничья версия возможна, но она менее конкретна — прозвище охотника могло бы звучать и как Порскун, и как Порскало, а форма Порсий все-таки ближе к существительному «порса». Хотя полностью исключать связь с охотой нельзя: в разных местностях прозвища могли возникать независимо.
Интересно, что фамилия Порсев не слишком частотна, и это характерно для фамилий, образованных от узко диалектных слов. В центральных русских говорах такого прозвища просто не могли понять, поэтому и фамилия осталась локальной. Точное время ее возникновения назвать сложно: процесс формирования русских фамилий растянулся на несколько столетий, и в разных слоях общества он шел с разной скоростью. Ясно одно — перед нами памятник живой народной речи, в котором сохранилось слово, сегодня почти забытое.