Фамилия Потикова звучит на слух как типично русская, но её происхождение уводит нас в толщу народной речи, а не в церковные святцы. В основе лежит прозвище или нецерковное имя, которое давали человеку в быту. Такая модель — от личного прозвища или мирского имени (христианского или языческого) — была самой распространённой у славян, и аналогичные именования широко встречаются в ономастике восточных, западных и южных народов.

Сам корень «потик» — не частый гость в современных фамилиях, и это делает Потикову особенно интересной для разбора. Скорее всего, он связан со словом «потекать» или «поти́кать», то есть «побежать», «потечь». В старых говорах так могли сказать о торопливом, суетливом человеке или, наоборот, о том, кто вечно куда-то спешит. Менее вероятная, но возможная версия — связь с диалектным «потик» в значении небольшого ручейка или протоки. Тогда прозвище могло достаться человеку, жившему у воды, или же отражать его беспокойный, «текучий» нрав.

Суффикс «-ов» в окончании указывает на притяжательную форму: Потикова — это «дочь или жена Потика». Так на Руси закрепляли родовую память: сначала прозвище получал один человек, а уже его дети и внуки становились Потиковыми. Отчество со временем переросло в фамилию, и в женском роде она сохранила свою форму, отвечая на вопрос «чья?».

Если копнуть глубже, то можно найти и вторую, более редкую тропу. В некоторых регионах «потиком» называли человека, который «потикивает», то есть говорит быстро, скороговоркой, тараторит. Такая версия не менее правдоподобна: прозвища по манере речи встречались сплошь и рядом, вспомним хотя бы Говорухина или Молчуна. Но всё же первая, «водная» или «скоростная» трактовка выглядит убедительнее, потому что отглагольные формы в народной этимологии всегда были плодовитее.

Стоит заметить, что фамилия не дворянская и не книжная. Она не встречается в старинных боярских списках, а значит, предки Потиковых — скорее всего, крестьяне или посадские люди. Такие фамилии часто закреплялись в деревнях, где прозвище прилипало к человеку намертво и переходило к потомкам без изменений. В XIX веке, когда началась массовая паспортизация, Потиковы могли «осесть» в разных губерниях, но корень у всех один — то самое живое прозвище, которое дали когда-то одному шустрому или говорливому предку.

В современном написании фамилия устойчива, и путаница возникает разве что с ударением: кто-то ставит его на второй слог (Поти́кова), кто-то на первый (По́тикова). Оба варианта допустимы, но первый, от глагола «поти́кать», звучит ближе к исходному смыслу. В целом же Потикова — редкий пример того, как простая народная наблюдательность — за манерой бегать, течь или тараторить — превратилась в фамильный знак, который теперь несёт в себе память о характере далёкого предка.