Фамилия Пуч — редкий пример фамилии, которая не обросла типичными русскими суффиксами -ов или -ин. Она застыла в своей краткой, почти междометной форме, и именно это делает её разбор особенно интересным. Перед нами не отчество и не притяжательное прилагательное, а чистое прозвище, перешедшее в фамилию без изменений. Такая модель встречается реже, но она древняя, и за ней всегда стоит конкретная, яркая черта человека.

Скорее всего, прозвище Пуч восходит к корню -пуч-, который знаком многим славянским языкам. Этот корень дал два главных значения: «вздыматься, лопаться, пухнуть» и «водоворот, бездна, омут». В чешском языке, например, слово puč означает «мятеж, переворот». Если опираться на эту лингвистическую развилку, прорисовываются два портрета возможного родоначальника. Первый — человек беспокойный, вспыльчивый, с крутым нравом, которого окружающие могли сравнивать с бурлящим омутом или внезапным взрывом. Второй — житель берега быстрой, опасной реки, где водовороты были частью повседневного пейзажа и давали меткие прозвища соседям.

Менее вероятна, но не исключена, связь с марийским словом «пуч» — «ствол, стебель». В этом случае прозвище могло характеризовать внешность: так могли назвать стройного, высокого человека, в котором видели прямую осанку, подобную стволу молодого дерева. Однако эта версия требует, чтобы предки жили в зоне активных русско-марийских контактов, например, в Поволжье, и потому уступает по распространённости славянской трактовке.

Интересно, что фамилия Пуч органично вписывается в ряд однокоренных русских фамилий вроде Пучков или Пучин, но стоит от них особняком. Пучков — это типичная форма притяжательного падежа («чей?» — Пучков), а Пуч — это само прозвище, которое не стали склонять по правилам фамильного суффикса. Такая краткость часто указывает на южнорусское или западнославянское влияние, где подобные бессуффиксные фамилии встречаются чаще. В любом случае, носитель фамилии Пуч может быть уверен: его предок не затерялся в толпе — прозвище ему дали за характер, место жительства или стать, и оно оказалось настолько цепким, что пережило века.