Фамилия Пущаева происходит от прозвища Пущай, и у этого прозвища две равноправные версии происхождения. Первая отсылает к глаголу «пускать» — «дать свободу идти, не держать, дать вольный ход, дозволять». Так могли назвать человека, который пустил жильцов в свой дом, то есть сдал его в аренду. Вторая версия связана с южнорусским словом «пуща» — так называли заповедный, береженый лес, непроходимые заросли. Тогда прозвище Пущай получал человек, живший в лесу или среди густых зарослей.

Суффикс -ев в фамилии указывает на притяжательное значение: Пущаева — это «дочь или жена Пущая». Модель образования типична для русских фамилий, но здесь интересна именно основа: прозвище Пущай само по себе нечастотное, и фамилия сохранила его архаичную форму. В современных говорах слово «пуща» чаще встречается в белорусском и польском языках, что может указывать на западное или юго-западное происхождение рода.

Географически фамилия редкая, её носители встречаются в основном в центральной России и Поволжье. В дореволюционных метрических книгах Пущаевы фиксировались как крестьяне и мещане, но из-за малочисленности рода проследить единый очаг расселения сложно. Однокоренные фамилии — Пущаев, Пущай, Пущаков — тоже встречаются нечасто, что делает эту фамилию скорее локальным, семейным именованием, а не массовым.

Если верна «лесная» версия, то предок Пущаевых мог быть лесным сторожем или жителем глухой деревни, где пущей называли не просто лес, а именно заповедный, охраняемый участок. Если верна «глагольная» версия, то прозвище могло закрепиться за хозяином постоялого двора или дома, который «пускал» путников на ночлег. Обе трактовки правдоподобны, но вторая, с «пущей», выглядит более органичной: от существительного с мягким знаком прозвище Пущай образовалось бы естественнее, чем от глагольной основы.

В письменных источниках фамилия встречается с XIX века, но из-за редкости её носители не попали в известные биографические справочники. Это не делает фамилию менее ценной: напротив, такие редкие именования сохраняют память о конкретном прозвище, которое в других регионах давно исчезло из речи.