Фамилия Ракачёва — один из тех случаев, когда написание прячет от нас сразу две возможные истории рода. Перед нами не самостоятельная основа, а фонетический вариант более старой фамилии Рокачёва. Такая замена «о» на «а» в безударной позиции — типичное явление для русской письменной традиции: на слух обе формы звучали одинаково, а вот закрепиться в документах могла любая.

Если отталкиваться от исходного варианта, то фамилия Рокачёва восходит к прозвищу Рокач. Его вероятная основа — глагол «рокотать», то есть «грохотать, греметь, зычно перекатываясь звучать». Слово это старое, образное: рокотом на Руси называли и раскаты грома, и шум прибоя, и низкий переливающийся голос. Стало быть, прозвище Рокач могли дать человеку с громким, зычным голосом, который словно заполнял собой пространство. Такое именование отражало яркую внешнюю черту — и закреплялось за человеком как наиболее употребительное, постепенно вытесняя крестильное имя.

Но есть и вторая версия, которая ведет нас к белорусским говорам. В них есть нарицательное «рака» — «река». От него вполне могли образовать прозвище Ракач, указывающее на место жительства: так называли того, кто поселился на берегу реки. Эта гипотеза правдоподобна, но уступает первой по силе: всё же связь с «рокотать» семантически ярче и встречается в ономастике чаще, чем прозвища от диалектных названий рек.

В любом случае, потомок человека по прозвищу Рокач или Ракач со временем получил фамилию Ракачёва. Суффикс «-ёв» здесь указывает на принадлежность: буквально это «сын Ракача». Так фамилия, передаваясь из поколения в поколение, по сей день хранит память о происхождении человека — о его предке, которого либо было слышно издалека, либо который обживал речные берега.