Фамилия Расстригина прямо отвечает на вопрос, кем был её первый носитель: это потомок человека, которого в старину называли Расстригой. Основа здесь — глагол «расстригать», то есть «лишать звания, сана, требующего постриженья: священства, диаконства, монашества». Расстригой на Руси называли священника, лишённого сана за неподобающее его статусу поведение, за нарушения и злоупотребления. Прозвище звучало не как ругательство, а как точная характеристика человека, пережившего церковное наказание, — и закреплялось за ним в документах.

Модель образования фамилии простая и прозрачная: к основе Расстриг- добавили суффикс -ин, который в русской ономастике указывает на принадлежность: «чей ты?» — «Расстригин», то есть сын, внук или потомок Расстриги. Это типичная притяжательная фамилия, каких много среди русских родовых имён, образованных от прозвищ.

Прозвище не было редкостью в исторических документах. Известен Дмитрий Андреевич Расстрига Волконский, живший в первой половине XVI века, — здесь прозвище соседствует с княжеским прозванием, что говорит о его распространении даже в знатной среде. Позже встречаем Василия Юрьевича Расстригина: он упомянут в 1580 и 1592 годах в Арзамасе. Это уже не прозвище, а полноценная фамилия, закрепившаяся за родом. То есть к концу XVI века фамилия Расстригин уже бытовала, и потомки тех самых Расстриг носили её как наследственное имя.

Женская форма Расстригина образована по той же модели, что и мужская: она указывает на принадлежность к роду Расстригиных. В быту фамилия не меняла смысла — она по-прежнему напоминала о предке, который когда-то был лишён сана. Интересно, что в народной памяти прозвище могло переосмысляться: расстригой иногда называли не только опального священника, но и вообще человека, сошедшего с предназначенного пути, изменившего своему званию. Однако первичное, церковное значение остаётся главным.

Фамилия редкая, и это делает её особенно ценной для потомков: по ней можно восстановить не только семейную линию, но и социальный контекст. Предок-Расстрига жил в эпоху, когда церковный сан значил много, а его потеря была событием, заметным для окружающих. Прозвище прижилось и пережило века, превратившись в фамилию, которую сегодня носят люди, часто даже не подозревающие о её драматичном начале.