Фамилия Рогулин образована от прозвища Рогуля, и это один из тех случаев, где за простым, на первый взгляд, словом скрывается сразу несколько возможных занятий предка. Всё зависит от того, в какой местности жил человек. В пермских говорах рогулей называли калач — этакий пшеничный хлеб в форме замка или кольца. Поэтому прозвище Рогуля мог получить пекарь, чья выпечка ассоциировалась у земляков с этим видом хлеба. А вот в Сибири рогулей называли рукоять сохи — ту самую деревянную часть, за которую держался пахарь. Тогда прозвище указывало бы на землепашца, и, возможно, не просто на крестьянина, а на умелого хозяина, который сам мастерил свой инвентарь.

Сам суффикс -ин в фамилии указывает на принадлежность: Рогулин — это «сын Рогули», потомок человека с таким прозвищем. Модель типичная для русских фамилий, но основа здесь не каноническое имя, а именно прозвище, что делает фамилию более «народной» по происхождению.

Есть и ещё один пласт значений, который уводит нас в историю. С. Веселовский в своих трудах упоминает Иванеца Рогую Толстикова, холопа Тучка Морозова, датируя запись 1481 годом, а также несколько лиц с этим прозвищем в Новгороде XV—XVI веков. Это важная деталь: она показывает, что прозвище Рогуля бытовало в новгородских землях задолго до того, как фамилия закрепилась в официальных документах. Возможно, первоначальное значение там было иным — например, связанным с рогами, то есть с упрямым или бодливым человеком, но эта версия менее убедительна, чем «хлебная» или «земледельческая», поскольку прямых указаний на неё в источниках нет.

Таким образом, фамилия Рогулин — это не просто отсылка к абстрактному предку, а указание на конкретное ремесло. Если ваши корни идут из-под Перми, вероятнее всего, предок пёк калачи. Если из Сибири — пахал землю. А если из новгородских земель — он мог быть и тем, и другим, но прозвище его записано в документах конца XV века, что само по себе редкость для крестьянских фамилий, которые обычно фиксируются значительно позже.