Фамилия Розенштеин — с двойным ударением в конце, которое часто путают с более частотной формой «Розенштейн». Разница всего в одну букву, но она принципиальна: «штеин» — это не немецкое Stein (камень), а идишское произношение того же корня, либо искажение при записи в паспортных столах Российской империи. В любом случае, перед нами искусственная фамилия, составленная из двух немецких (или идишских) основ: Rosen — «розы» и Stein — «камень». Буквально — «розовый камень».

Такие фамилии — типичный продукт конца XVIII — начала XIX века, когда еврейскому населению Центральной и Восточной Европы предписали обзавестись постоянными родовыми именами. В Австрийской, а затем и в Российской империи чиновники нередко сами конструировали фамилии из красивых, часто романтизированных элементов. «Розовый камень» — метафора, не имеющая отношения к реальному ремеслу или месту жительства. Скорее, это попытка дать семье звучное, эстетичное имя, которое не несло бы уничижительного оттенка.

Модель образования — чистая композиция: два корня слиты без соединительной гласной и без суффикса. Это типичная немецкая модель сложения основ, которая в еврейских фамилиях дала тысячи вариантов: Розенберг, Розенфельд, Розенблюм. Розенштеин стоит в том же ряду, но с характерным восточноевропейским акцентом в окончании.

Географически фамилия встречается в основном у потомков евреев из черты оседлости — территорий современных Украины, Беларуси, Молдовы и Польши. В метрических книгах и ревизских сказках XIX века форма «Розенштеин» фиксируется реже, чем «Розенштейн», что говорит о её вторичности: скорее всего, это результат ошибки писаря, который записал фамилию на слух, или сознательного упрощения при переходе на русский язык.

Известных носителей с такой орфографией мало, и это нормально: фамилия редкая, не массовая. Если вы ищете свои корни, стоит проверить оба варианта написания — «штеин» и «штейн», потому что в архивах один и тот же род могли записывать по-разному. Социальный контекст типичен для местечкового еврейства: предки могли быть мелкими торговцами, ремесленниками или арендаторами, а сама фамилия — единственным напоминанием о немецкоязычной бюрократической моде, которая подарила столько «цветочных камней» и «золотых гор» восточноевропейским семьям.