Фамилия Рухледева — женская форма фамилии Рухледев, и её происхождение стоит искать не в одном корне, а в редком и почти забытом слове. Основа фамилии — «рухледь», которое в русских говорах, особенно северных и сибирских, означало рухлядь, старьё, хлам, а также пожитки, скарб. Слово это — родственное глаголу «рухнуть» (то есть упасть, обвалиться), но в бытовом смысле обозначало то, что уже отжило своё или, наоборот, всё движимое имущество, которое можно «рушить» (перемещать). Таким образом, прозвище Рухледь, от которого пошла фамилия, могло относиться к человеку, который либо торговал старыми вещами, либо, напротив, был настолько беден, что его пожитки называли пренебрежительно «рухледью». Впрочем, не исключён и шутливый оттенок: так могли прозвать собирателя или хранителя всякой всячины.

Суффикс -ев (в мужской форме — Рухледев) указывает на принадлежность: «чей?» — Рухледев, то есть сын или потомок Рухледа. Вариант с окончанием -а — Рухледева — это естественная женская форма, принятая в русской фамильной системе. Сама фамилия не слишком распространена, что говорит о её локальном характере. Скорее всего, она возникла в среде крестьян или посадских людей, где прозвища, данные по имуществу или роду занятий, были обычным делом. В отличие от фамилий на -ов/-ев от имён или профессий, эта стоит особняком: её основа — не имя и не ремесло, а бытовое понятие, что делает её редкой.

С точки зрения ономастики, фамилия Рухледев (и Рухледева) относится к группе, которую Б. Унбегаун в своём труде «Русские фамилии» мог бы отнести к «прозвищным» от нарицательных слов, не связанных с календарными именами. Подобные фамилии часто несут отпечаток диалектной речи. Сравните с однокоренными: Рухлов, Рухлядев, Рухлядко — все они восходят к тому же корню. Географически фамилия могла закрепиться в регионах, где слово «рухледь» было в ходу, например, в бывших новгородских землях или на Русском Севере, где такие говоры сохранялись дольше.

Итог прост: предки носительницы фамилии Рухледева, скорее всего, получили прозвище по имущественному положению или привычке — либо как «человек с рухлядью», либо как тот, кто с ней возился. В любом случае, фамилия эта — живой свидетель народной речи, где даже хлам мог стать основой для родового имени.