Фамилия Рунжина — это не самостоятельное имя, а фонетический вариант более распространённой фамилии Ронжин. Такая замена гласной в корне — не ошибка писаря, а живое свидетельство того, как звучало имя в конкретном говоре: где-то «окали», где-то «укали», и от этого менялось написание. Поэтому, ища корни Рунжиных, нужно всегда помнить о Ронжиных — это одна семья имён.

В основе обеих фамилий лежит мирское имя Ронжа. Так в северных русских диалектах называли лесную птицу, похожую на сойку, но чуть меньше и с серовато-бурым оперением. В современной орнитологии она известна как кукша, но в народе закрепилось именно это старое слово. Имя было не случайным: давая ребёнку прозвище по птице, родители как бы вверяли его природе, надеясь, что дитя перенять её полезные качества — осторожность, ловкость, умение выживать в суровом северном лесу.

Само слово «ронжа» учёные возводят к балтийским языкам, что неудивительно для северных территорий, где веками шёл активный культурный обмен. Любопытно, что фамилия с этим корнем встречается в основном в тех регионах, где птицу знали не по книгам, а видели вживую, — на Русском Севере и в Сибири.

Суффикс -ин в фамилии указывает на принадлежность: Рунжин — это «сын Ронжи» или «человек из рода Ронжи». Такая модель типична для древнерусских фамилий, образованных от прозвищ, и говорит о том, что фамилия сформировалась в крестьянской или посадской среде, где мирские имена были обычным делом.

Точное время и место возникновения конкретной ветви Рунжиных можно установить только через кропотливую работу с архивами, метрическими книгами и ревизскими сказками. Но сам факт, что фамилия сохранилась и дошла до наших дней, говорит о том, что предки её носителей были людьми заметными в своей общине, раз их прозвище закрепилось за потомками на века.