Фамилия Рыльчев — редкий случай, когда на первый взгляд очевидная основа оказывается не единственной версией. В ней отчетливо слышен корень «рыл-», который сразу отсылает к глаголу «рыть». Но разбираться с происхождением стоит аккуратно, не торопясь с выводами.

Скорее всего, в основе фамилии лежит прозвище Рыльч (или Рылько) от глагола «рыть». Так могли назвать человека, занятого земляными работами: землекопа, копальщика колодцев, рудокопа или даже крота — в переносном, ироничном смысле, за привычку постоянно копаться в земле. Суффикс «-ев» указывает на принадлежность: «чей?» — Рыльчев, то есть сын или потомок Рыльча. Модель образования типична для русских фамилий, но сама основа «Рыльч» довольно редкая. Чаще встречаются однокоренные фамилии Рылов, Рыльцов, Рыльников.

Однако есть и вторая, не менее интересная версия. Фамилия могла произойти от географического названия — города Рыльск в Курской области или реки Рыло (приток Сейма). В таком случае Рыльчев — это вариант фамилии Рыльский или Рыльцев, где суффикс «-ев» заменил более книжный «-ск-». Переход «Рыльский» → «Рыльчев» в народной речи возможен: так крестьянина, пришедшего из Рыльска, могли называть не по официальному «Рыльский», а по бытовому «Рыльч» — и уже от этого прозвища образовать фамилию. Эта версия подкрепляется тем, что фамилия Рыльчев встречается преимущественно в центральных и южных областях России, в том числе в Курской и соседних, что косвенно указывает на связь с Рыльском.

Спор между этими двумя гипотезами решается в пользу первой — прозвищной. Причина проста: для образования фамилии от топонима обычно используют суффикс «-ский» (Рыльский) или «-цов» (Рыльцов, от «рылец» — житель Рыльска). Форма «Рыльчев» с суффиксом «-ев» выглядит как вторичная, производная от личного прозвища, а не от названия города напрямую. То есть, если предка и звали Рыльчем из-за Рыльска, то прозвище всё равно возникло от города, а фамилия — уже от прозвища.

В любом случае, фамилия древняя, но не знатная: носители Рыльчевы, скорее всего, были крестьянами или посадскими людьми. В документах XVII–XVIII веков таких фамилий почти нет, что говорит о её позднем закреплении, вероятно, уже после отмены крепостного права, когда многие крестьяне получили фамилии по прозвищам.