Фамилия Сахарцева звучит так, будто её носитель должен был иметь отношение к сладкому производству, но это лишь самое очевидное и, скорее всего, обманчивое впечатление. В основе фамилии лежит не профессия, а личное прозвище Сахарец, которое, в свою очередь, восходит к слову «свахар». Так на Руси называли льстивого человека, умелого пройдоху, который умел обвести вокруг пальца кого угодно. Впрочем, не исключено, что прозвище могло прилипнуть и к обычному сладкоежке или лакомке, хотя эта версия кажется менее убедительной: прозвища чаще отражали характер, а не гастрономические пристрастия.

Удивительно, но Сахары и Сахарцы встречались на Руси уже полтысячелетия назад, когда о кристаллическом сахаре из свеклы или тростника никто и не слышал. В документе 1495 года можно обнаружить «Мамонку Сахарова, крестьянина». Разгадка проста: словом «сахар» тогда обозначали сладкие соки, которые добывали из различных растений. Прозвище, образованное от такого слова, годилось не только для описания характера, но и для ласкового именования любимого, «сладкого» дитятка. В языческой традиции внутрисемейные имена часто были призваны задобрить ребёнка или подчеркнуть отношение к нему, и Сахарец здесь смотрится вполне естественно.

Фамилия образована по стандартной модели: прозвище Сахарец плюс притяжательный суффикс -ев, который указывал на принадлежность роду. То есть Сахарцева — это буквально «жена Сахарца» или «дочь Сахарца», а в более широком смысле — потомок человека с таким прозвищем. Со временем форма на -а закрепилась за женской линией рода, а мужская ветвь носит вариант Сахарцев.

Интересно, что фамилия сохранила в себе архаичный суффикс -ец, который в древнерусском языке часто использовался для образования уменьшительных или характерологических имён. Это отличает её от более массовых однокоренных фамилий вроде Сахаров или Сахаровский, которые могли возникать независимо в разных регионах. Сахарцева же звучит более локально и камерно, как прозвище из конкретной семьи, а не целого сословия.