Фамилия Самодро — редкая и загадочная, и единого мнения о её происхождении у исследователей нет. Перед нами несколько версий, и разобраться, какая из них правдоподобнее, можно только через анализ самого слова.

Начнём с самой экзотической гипотезы, которая возводит прозвище к латинскому Samothracus — «житель Самофракии». Так могли называть человека, имевшего отношение к этому греческому острову, но для русской почвы такое заимствование маловероятно. Скорее всего, перед нами случайное внешнее сходство, а не реальная этимология.

Более интересна версия об эстонских корнях. Она собирает фамилию из двух основ: samm — «шаг» и odra — «ячменный». Такую модель трудно назвать типичной для образования прозвищ, но она хотя бы объясняет необычное звучание. Если следовать этой логике, прозвище могло характеризовать походку человека или род его занятий, связанных с ячменём.

Третья версия отсылает к слову «самодер» — так на Кавказе называли вид рододендрона с розовыми цветками. Соблазнительно представить предка, жившего среди этих кустов, но в фамилии нет типичного для таких случаев суффикса, который указывал бы на жителя местности. Скорее всего, это народное переосмысление, а не исходный корень.

Остаётся ещё ряд предположений: искажённое индонезийское имя Самодра, еврейское Смадар («бутон») или испанское samadero — «щупанье, ощупывание». Все они выглядят притянутыми за уши: ни одна из этих культур не имела устойчивого влияния на формирование русских фамилий.

Что действительно бросается в глаза, так это необычная для русского уха структура слова. Фамилия не имеет привычных суффиксов -ов, -ин или -ский, что говорит о позднем закреплении или о её нерусском происхождении. Возможно, перед нами адаптированное на письме прозвище, которое в устной речи звучало иначе. Наиболее правдоподобной выглядит версия об эстонском следе, поскольку географическое соседство с Прибалтикой делало такие заимствования естественными, но окончательного ответа у нас нет.