Фамилия Сапентьев — редкий пример того, как прозвище, данное одному человеку, закрепляется за его потомками на века. В её основе лежит личное прозвище Сапентий, которое восходит к румынскому слову sapient — «мудрый, учёный». Так нарекли человека умного, рассудительного и любознательного, обладавшего большим жизненным опытом и способностью давать дельные советы.

Вероятно, прозвище Сапентий появилось в среде, где был распространён румынский язык, — на юго-западе России, в Бессарабии или среди выходцев из этих земель. Само слово sapient в румынском — книжное, восходящее к латинскому sapiens, и в народной среде звучало бы необычно. Это наводит на мысль, что прозвище могли дать не случайно, а с оттенком иронии или, наоборот, глубокого уважения — например, сельскому грамотею, начётчику или человеку, который выделялся на фоне остальных своей рассудительностью.

Не исключено и «профессиональное» прочтение: Сапентием могли прозвать человека, связанного с наукой или учением — учителя, переписчика книг, лекаря. Впрочем, в условиях XIX века, когда фамилии у крестьян и мещан только закреплялись, книжное слово в прозвище скорее указывает на насмешливое или почтительное отношение окружающих к «слишком умному» односельчанину, чем на реальную должность.

Морфологически фамилия проста: суффикс -ев присоединён к основе Сапентий, что даёт отчество-патроним «сын Сапентия». Такая модель — одна из самых распространённых в русских фамилиях, но в сочетании с нерусской, книжной основой она создаёт уникальный облик. Однокоренных фамилий в русском языке практически нет, что делает Сапентьевых носителями очень редкого именования.

Стоит отметить и вариант написания: в некоторых документах фамилия могла фиксироваться как Сапентьев или Сапентев, с ударением на втором или третьем слоге. Это связано с тем, что писцы часто записывали прозвище на слух, а само слово sapient в устах носителя звучало по-разному в зависимости от диалекта.

Точных сведений о географии фамилии сегодня мало, но логично предположить, что основные ветви рода Сапентьевых сохранились там же, где прозвищу было суждено появиться, — на юге России и в Причерноморье, куда румынское влияние доходило через культурные и торговые связи.