Фамилия Сарафанкин — один из тех случаев, когда прозвище предка «застряло» в роду, хотя сам предмет, его породивший, давно изменил значение. Основа здесь прозрачна: «сарафан». Но вопрос в том, кого именно так прозвали — того, кто носил сарафан, или того, кто его шил.

Слово «сарафан» пришло в русский язык из тюркских (через персидское «серапа» — почётная одежда) и первоначально обозначало длинную мужскую верхнюю одежду, парадный кафтан. Только в XVI–XVII веках, с изменением моды, сарафан закрепился как женский крестьянский костюм. Прозвище Сарафан могли дать либо портному-сарафаннику, либо человеку, который любил щеголять в этой одежде — например, женщине или мужчине, выделявшемуся своим нарядом. Вторая версия менее вероятна: называть мужчину «сарафаном» в насмешку могли, но прозвище вряд ли прижилось бы как фамильное, если бы не было связано с ремеслом.

Суффикс -кин указывает на принадлежность: Сарафанкин буквально значит «сын Сарафана» или «человек из семьи Сарафана». Это типичная модель русских фамилий, особенно распространённая в северных и центральных губерниях, где суффикс -ин/-ын переходил в -кин после основ на -а/-я. Если бы фамилия образовалась от слова «сарафан» напрямую без прозвища, мы бы скорее увидели вариант Сарафанов. Форма на -кин намекает, что исходное прозвище звучало как Сарафанка — уменьшительное или уничижительное от Сарафан (ср. Ивашка — Ивашкин).

Интересно, что фамилия Сарафанкин встречается гораздо реже, чем Сарафанов или Сарафанников. Это указывает на локальное бытование: скорее всего, она возникла в одном конкретном регионе, где прозвище Сарафанка было в ходу. По данным переписей XIX века, носители фамилии фиксировались в основном в Тверской и Ярославской губерниях — на территории бывшего Суздальского княжества, где женский сарафанный комплекс одежды был особенно развит. Возможно, предок Сарафанкиных был именно сарафанным мастером — портным, шившим эту одежду на заказ.

В отличие от фамилий, образованных от церковных имён (Иванов, Петров), Сарафанкин — прозвищная фамилия, и её носитель вряд ли принадлежал к духовенству или дворянству. Скорее всего, это крестьянский или ремесленный род, где прозвище закрепилось за конкретным человеком и передалось потомкам. Иных версий, кроме ремесленной и прозвищной, для этой фамилии нет — корень слишком конкретный, чтобы допускать иноязычные или топонимические толкования.