Фамилия Счастливых стоит в ряду так называемых «календарных» фамилий, но с изюминкой. По модели образования она принадлежит к северорусскому и сибирскому типу на -их/-ых, который отвечает на вопрос «чьи?»: Счастливых — из семьи Счастливых. Такая форма закрепилась в основном в архангельских, вятских, пермских землях, а позже — у казачества и сибирских старожилов.

Основа фамилии — имя Счастливый. Но это не характеристика «везучего» человека в современном смысле. В древнерусской антропонимии Счастливый было охранительным именем-оберегом. Родители нарекали так младенца, чтобы отвести от него беды и болезни, — считалось, что злые силы не тронут того, кого уже назвали счастливым. То есть имя не описывало реальную судьбу, а задавало желаемый сценарий.

Встречается и другая, более прозаическая версия: прозвище Счастливый мог получить человек, которому везло в делах, на охоте или в бою. Однако в крестьянской среде, где фамилия и возникла, скорее работал первый вариант — имя по церковному календарю или народному обычаю. Церковь не признавала Счастливого как крестильное имя, но в быту оно бытовало, особенно в удалённых от столиц регионах.

Фамилия редкая. Её носители — потомки тех, кто в XVI–XVII веках получил прозвище или неканоническое имя Счастливый, а затем, при переходе к наследственным фамилиям, оформил его в форму на -ых. Встречается она преимущественно на Урале и в Сибири, где такие окончания типичны. В центральной России фамилия звучала бы как Счастливов или Счастливцев — эти варианты тоже существуют, но принадлежат другой словообразовательной модели.

Таким образом, фамилия Счастливых — не про удачу, а про древний оберег, имя-пожелание, которое должно было защитить человека с первых дней жизни.