Фамилия Селегенин — один из тех случаев, когда прозвище предка напрямую связано с его характером или манерой поведения. В её основе лежит глагол «селегенить», который в русских говорах означал «шалить, проказничать, баловаться». Соответственно, Селегена — это прозвище подвижного, озорного человека, непоседы или задиры. Модель образования проста: к основе прозвища Селегена добавился притяжательный суффикс -ин, указывающий на принадлежность («сын Селегены»). Это типичная модель для русских фамилий, образованных от прозвищ на -а/-я.

Сам глагол «селегенить» имеет прозрачную внутреннюю форму. Он восходит к слову «селезень» — самцу утки. В народном сознании селезень часто ассоциировался с бойкостью, вертлявостью и даже некоторой навязчивостью в ухаживаниях. Поэтому прозвище Селегена могло быть дано человеку, который «вертится как селезень», то есть ведёт себя суетливо или назойливо. Однако не стоит думать, что это обязательно была обидная кличка — в деревенской среде такие прозвища часто давались с добродушной иронией и закреплялись за самыми заметными людьми.

С точки зрения географии, фамилия Селегенин не является массовой. Она встречается в основном в центральных и северных регионах России, где диалектные слова с корнем «селег-» были особенно распространены. Встречаются и варианты написания, например, Селегенинов, но форма на -ин более характерна для фамилий, образованных от прозвищ, а не от полных имён. Интересно, что фамилия не имеет отношения к «селеге» (рыболовной снасти) — это народная этимология, которая не подтверждается историческими данными. Родственными по смыслу можно считать фамилии Селезнёв (от названия птицы) и Баловнёв (от глагола «баловать»).

В словарях русских фамилий эта фамилия не относится к числу подробно описанных, что неудивительно для редкой прозвищной формы. Однако её разбор даёт чёткую картину: предок носителя фамилии Селегенин был человеком живым, энергичным, возможно, с хитринкой, за что и получил своё прозвище. Фамилия сохранила звучание народной речи, где слово «селегенить» было понятно каждому без словаря.