Фамилия Шепуров — пример, где прозвище-основа оказалось устойчивее, чем можно было бы предположить. На первый взгляд она похожа на множество отчеств на -ов, образованных от уменьшительной формы имени. Но с Шепуровым всё сложнее: в русских святцах нет имени Шепура, а значит, корень надо искать в прозвищах.

Самая прямая и правдоподобная версия ведёт к глаголу «шептать». Шептуном в старину называли не только того, кто говорит тихо, но и наушника, доносчика, а иногда — знахаря, заговаривающего болезни шёпотом. Форма Шепура — это экспрессивный вариант, с суффиксом -ур(а), который в русских говорах придавал слову оттенок пренебрежения или шутки (сравните: пискля — пискура, ворчун — ворчура). Так Шептун мог превратиться в Шепуру, а его дети стали Шепуровыми.

Менее вероятна, но допустима связь с диалектным «шеперить» — говорить невнятно, шепелявить. В этом случае прозвище Шепура закрепляло речевой дефект. В любом варианте основа указывает на особенность речи или поведения, а не на род занятий.

Фамилия редкая и географически привязана к центральным и северным областям России. Встречается в старых писцовых книгах по Вятке и Костромской губернии. В дворянские родословные книги Шепуровы не попали — фамилия осталась крестьянской и мещанской, что подтверждается и её «говорящим» прозвищным корнем: прозвища редко давали людям высокого сословия.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ов указывает на принадлежность («чей сын?» — Шепуров). Ударение в фамилии обычно падает на второй слог: Шепу́ров, хотя в некоторых говорах могли произносить Ше́пуров, перенося ударение на корень.