Фамилия Шерегов — редкий случай, когда основа почти наверняка указывает на конкретное занятие предка, но с неожиданным географическим поворотом. В её основе лежит не имя и не черта характера, а слово «шерег» — так в северных и сибирских говорах называли мелкую ледяную крошку, шугу, которая плывёт по реке перед ледоставом. Человек, получивший прозвище Шерег, скорее всего, имел дело с речным промыслом: рыбачил, перевозил грузы или работал на лесосплаве, где знание поведения льда и шуги было вопросом выживания.

Суффикс -ов указывает на типичную для русских фамилий модель принадлежности: «сын Шерега» или «из семьи Шерега». Фамилия закрепилась в тех краях, где реки — главные дороги, а зима — долгая. Встречается она в основном на Русском Севере (Архангельская область, Карелия) и в Сибири, особенно в бассейне Енисея. Эта привязка к речному словарю делает Шерегова непохожим на фамилии, образованные от имён или профессий вроде кузнеца: здесь прозвище уходит в народную гидрологию.

Есть и другая, менее вероятная версия: связь с диалектным «шерёга» — так в некоторых областях называли шеренгу, ряд. Тогда прозвище мог получить человек, живший в одном ряду с другими, или тот, кто ходил строем (например, отставной солдат). Но эта гипотеза слабее: слово «шеренга» в русском языке и так общеупотребительное, и для прозвища выбрали бы скорее искажённую форму, а не точный диалектизм.

Фамилия недворянская, крестьянская или посадская — суффикс -ов и бытовая основа выдают происхождение из среды, где людей называли по приметному занятию или месту. В документах XVII–XVIII веков Шереговы могли записываться как крестьяне северных погостов или промышленные люди, ходившие на промыслы по рекам. Сегодня фамилия остаётся редкой, и её носители, скорее всего, сохраняют генетическую память о тех, кто знал реку и лёд не понаслышке.