Фамилия Шевруков — одна из тех, что заставляют задуматься: что за корень «шевр»? На слух она кажется либо иноязычной, либо профессиональной. Первая версия — самая прямая и правдоподобная: в основе лежит слово «шеврук» или «шаврук». В южнорусских и украинских говорах так называли человека с некрасивой, кривой походкой — «шаврука», «шавруна». Слово это звукоподражательное, связанное с глаголом «шаврить» (шаркать, волочить ноги) или «шавырять» (ковылять, мести пол). Прозвище Шеврук могли дать тому, кто ходил, приволакивая ногу, или просто небрежно, вразвалку.

Вторая версия — ремесленная, хотя и менее вероятная. В некоторых диалектах «шеврук» или «шевряк» — это кожевник, работник, выделывающий кожу («шевро» — козья кожа высокого качества). Слово «шевро» пришло в русский из французского (chevreau — козлёнок) через портных и сапожников, но в народной среде оно могло дать прозвище мастеру. Однако против этой версии говорит то, что фамилия Шевруков встречается в основном в центральной России и на Урале, а не в столичных ремесленных слободах, где французские термины были в ходу. Скорее всего, прозвище Шеврук — исконно русское, диалектное, а не профессиональное заимствование.

Суффикс -ов указывает на типичную модель русской фамилии: «чей?» — Шевруков, то есть сын Шеврука. Фамилия недворянская, крестьянская или мещанская. В документах XVII–XVIII веков прозвище Шеврук встречается среди крестьян и посадских людей, но массово фамилия закрепилась позже, в XIX веке, при переписях. Встречается она нечасто, что говорит о локальном бытовании исходного прозвища.

Стоит отметить, что написание «Шевруков» — единственно верное. Вариант «Шавруков» был бы фонетически точнее для южного произношения, но закрепилась форма с «е», возможно, под влиянием книжного произношения или грамотности писаря. Если искать родственные фамилии, то ближе всего Шеврин, Шеврыгин, Шевяков — все они, скорее всего, от тех же диалектных корней, связанных с неровной походкой или неопрятностью.

Таким образом, предок носителя фамилии Шевруков, вероятнее всего, получил своё прозвище за манеру ходьбы — шаркающую, тяжелую или хромую. Никакого тайного дворянского смысла или иностранного происхождения здесь нет, зато есть живая деталь быта и языка, которая сохранилась в фамилии до наших дней.