Фамилия Шитяев — яркий пример того, как за привычным звучанием может скрываться редкая словообразовательная модель. В отличие от подавляющего большинства русских фамилий на -ов/-ев, которые образованы от полных форм имени или прозвища, Шитяев построен по схеме, типичной для северных и сибирских говоров: основа на -яй плюс фамильный суффикс -ев. В этой модели -яй — не случайный звук, а характерный диалектный суффикс, который в народной речи присоединяли к глагольным корням, образуя прозвища по действию или поведению. Сравните: Вертяй (от вертеться), Гуляй, Ломай.

Корень здесь — «шить». Прозвище Шитяй, от которого пошла фамилия, могли дать человеку, чья профессия была связана с шитьем: портному, скорняку, сапожнику. Однако не стоит думать, что это просто «тот, кто шьет». В говорах слово «шитень» или «шито́к» могло иметь и переносный смысл — так называли неловкого, неуклюжего человека (как бы «сшитого на живую нитку»), или, наоборот, хитрого, который «шьет и кроет» свои дела. Без точного контекста, в котором прозвище закрепилось за конкретным человеком, мы можем только предполагать — но глагольная основа и суффикс -яй указывают, что прозвище было ярким и характеризовало манеру поведения или род занятий.

Фамилия редкая, и её география довольно показательна. Основные очаги бытования Шитяевых — Тамбовская, Воронежская и Рязанская области. Это не случайно: именно в этих южнорусских и рязанских землях была распространена модель образования прозвищ на -яй (сравните фамилии Пустовалов, Корягин — там же). В центральных и северных регионах, где преобладали фамилии на -ов от полных имен, такая форма встречается гораздо реже.

Интересно, что фамилия Шитяев не имеет ничего общего с украинскими или белорусскими фамилиями на -енко, как может показаться на слух. Это исконно русская, диалектная форма, которая сохранила в себе черты живой народной речи. В документах XIX века встречаются варианты написания через «е» — Шитеев, что связано с местным произношением (ёканьем или яканьем), но в итоге закрепился именно вариант Шитяев. Таким образом, предки носителя этой фамилии с высокой вероятностью были крестьянами или ремесленниками из черноземных губерний, а их прозвище — живым свидетельством местного говора и народного словообразования.