Фамилия Шкадько звучит необычно для русского уха — и это прямой намёк на её происхождение. Скорее всего, перед нами украинская или южнорусская фамилия, образованная с помощью характерного суффикса -ко. В украинской ономастике этот суффикс — один из самых распространённых: он прикреплялся к прозвищам, именам или названиям профессий и обозначал «сын такого-то» или просто «носитель признака». Шкадько — не исключение.

Основа фамилии — «шкадь». Что она могла означать? Наиболее правдоподобная версия отсылает к диалектному слову «шкада» — в южных говорах (украинских, белорусских, а также в русских областях, граничащих с Украиной) так могли называть убыток, порчу, вред. Тогда «шкадь» — это человек, который приносит убыток, или, наоборот, тот, кто от него страдает. В прозвищах нередко закреплялась ироничная или охранительная функция: назвать ребёнка Шкадь (в значении «убыток») могли, чтобы отвести от него настоящую беду. Менее вероятна, но допустима связь с польским «szkoda» — «жаль, ущерб», что указывало бы на западное влияние.

Суффикс -к- в украинских фамилиях часто смягчает основу, превращая прозвище в фамилию. Шкадько — буквально «сын или потомок Шкадя». Интересно, что финальное -о в таких фамилиях не склоняется в русском языке, что сразу выдаёт их южное происхождение. В документах XIX века подобные фамилии спокойно бытовали среди казачества и крестьянства Запорожья, Полтавщины, Черниговщины — регионов, где -ко было нормой.

Есть и альтернативная гипотеза: основа могла быть связана с глаголом «шкадить» или «шкодить» — то есть проказничать, вредить по-мелкому. В таком случае Шкадько — прозвище шалуна или озорника. Эта версия объясняет фамилию проще, без привлечения книжных заимствований, и хорошо ложится на народную традицию давать прозвища по поведению.

Сословно фамилия неэлитарна: носители Шкадько — это, как правило, потомки крестьян или казаков. Встречается она и сегодня на Украине (особенно в центральных и восточных областях), а также в России, куда её принесли переселенцы. В письменных источниках фамилия фиксируется с XIX века, но в силу своей диалектной природы редко попадала в официальные списки дворянства или купечества.