Фамилия Шоколкин — редкий случай, когда основа почти наверняка указывает на конкретное ремесло, но с неожиданным географическим акцентом. Вопреки интуитивному желанию связать её с шоколадом (слово, пришедшее в русский язык из немецкого через польский лишь в XVIII веке), корень здесь старше и проще.

В основе лежит диалектное слово «шоколка» или «шоколок» — так в ряде южнорусских и украинских говоров называли челюсть, скулу, а иногда и подбородок. Человек с крупной, выдающейся челюстью или характерным прикусом мог получить прозвище Шоколка. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — сын Шоколки. Модель образования типична для отпрозвищных фамилий центральной России и юга: сначала прозвище, затем фамилия сына, закрепившаяся за родом.

Интереснее другое: в отличие от фамилий, построенных по схеме «ремесло → прозвище → фамилия», здесь ремесло могло идти параллельно. В тех же говорах «шоколка» — не только часть лица, но и инструмент: костяной или деревянный молоток для отбивания мяса, а также приспособление для трепания льна. Поэтому предок Шоколкин мог быть мясником, обрабатывавшим туши, или льняных дел мастером. Но анатомическая версия выглядит надёжнее: прозвища по частям тела давали чаще и охотнее, чем по орудиям труда.

В документах фамилия встречается крайне редко, преимущественно в Курской, Воронежской и Ростовской областях. Это косвенно подтверждает южнорусский диалектный ареал. Встречается также вариант Шоколёнкин — с суффиксом -ёнк-, характерным для украинской или белорусской модели (малороссийское «Шоколенко»), что указывает на возможное смешение ветвей рода.

Ошибочно относить Шоколкина к «сладким» фамилиям (Шоколадов, Шоколатников) — те действительно связаны с кондитерским делом, но появились позже и в среде мещан, а не крестьян. Шоколкин — старше, грубее и земнее: это прозвище по внешности или, реже, по ремеслу, застывшее в суффиксе принадлежности.