Фамилия Шурута — случай, когда внешний облик слова обманчив. На слух она кажется то ли украинской, то ли польской, но на деле её корни почти наверняка ведут в южнорусские говоры, а точнее — в донские и кубанские степи. В этом и состоит её главная особенность: это не фамилия-отчество от крестильного имени, а прозвище, закрепившееся в казачьей среде.

В основе лежит глагол «шуруть», который в южнорусских диалектах означал «шарить, рыться, делать что-то быстро и неаккуратно». Отсюда — «шурута»: человек, который суетится, возится, шурует без толку, возможно, неряшливый или слишком торопливый в работе. В. И. Даль фиксирует слово «шурута» именно в этом значении — «суета, хлопотня», а также «неопрятный человек, грязнуля». Прозвище, таким образом, было не комплиментарным, а скорее бытовым, насмешливым.

Модель образования фамилии нетипична для великорусского ареала. Окончание -а, а не -ов или -ин, указывает на то, что фамилия застыла в форме прозвища или имени в именительном падеже. Такое характерно для украинской ономастики (типа Шевченко, Гмыря) и для фамилий донских казаков, где украинское влияние было сильным. Сравните с фамилиями Шурупов, Шуруповертов — там основа другая, а Шурута стоит особняком.

Географически фамилия редкая, встречается точечно. Наибольшая концентрация — в Ростовской области и Краснодарском крае, что подтверждает казачью версию. Встречается также в Беларуси, но там, скорее всего, независимое образование от местного диалектного «шурута» (тот же корень, что и «шуры-муры» — путаница, неразбериха).

Версия о связи с литовским или жемайтским словом «šūrutas» (сопливый, неопрятный) возможна, но маловероятна для русской фамилии: слишком узкий ареал и нет следов миграции носителей с запада на юг России. Поэтому основной и самой правдоподобной остаётся версия о прозвище суетливого или небрежного человека, которое закрепилось за его потомками в казачьих станицах.