Фамилия Слабуха звучит как прозвище, и это самый вероятный путь её происхождения. В русском языке слово «слабуха» — просторечное, образованное от прилагательного «слабый». Им называли человека физически хилого, болезненного или, что не менее важно, слабохарактерного, нерешительного. Такие прозвища давали не как оскорбление, а как бытовую характеристику, которая закреплялась за родом.

Обратите внимание на суффикс. В фамилиях на -уха (как и на -юха) часто скрывается указание на диалектную или просторечную среду. Подобные модели — Мельгуха, Кривуха, Грязнуха — встречаются в северных и центральных русских говорах. Слабуха — не исключение. В отличие от более «литературных» Слабиковых или Слабуновых, эта форма сохранила прямую, почти грубоватую народную речь.

Есть и вторая, менее очевидная версия. В некоторых говорах слово «слабуха» могло означать не человека, а нечто слабое само по себе, например, некрепкий раствор, жидкое месиво или даже слабо заваренный напиток. Но для фамилии такая семантика маловероятна — прозвище почти всегда привязывалось к человеку, а не к предмету.

Географически фамилия редкая. Заметных очагов расселения нет, что говорит о локальном происхождении — скорее всего, из одной или нескольких соседних деревень. Встречается она преимущественно на западе и юге России, но без привязки к конкретной области. В дворянских родословных книгах Слабуха не числится — фамилия явно крестьянская или мещанская, возникшая не раньше XVII–XVIII веков, когда прозвища стали массово закрепляться как наследственные.

Если сравнивать с однокоренными, то Слабуха стоит особняком. Слабин и Слабков — более поздние, «приглаженные» варианты. Слабуха же сохранила архаичную, разговорную форму, что делает её ценной для лингвиста: она как срез живой речи тех времён, когда фамилию давали не по документу, а по тому, как называли соседи.