Соколов-Карташов — двойная фамилия, и каждая её половина хранит собственную историю. Начнём с первой: Соколов восходит к русскому нецерковному мужскому имени Сокол. В песнях и сказках этот образ пользовался особым почётом — не зря красавцев и добрых молодцев величали «млад-ясен сокол». Самый загадочный герой русского фольклора, Финист-Ясный Сокол, носит имя, в котором слышится отголосок неумирающего феникса. От этого имени и образовали фамилию по простой и понятной модели: Сокол → Соколов, то есть «сын Сокола». Такие фамилии на -ов/-ев в XV–XVII веках получали крестьянские и посадские семьи, и Соколовых в России очень много.

Вторая часть, Карташов, интереснее и загадочнее. Её основа — прозвище Карташ, а вот его происхождение спорно. По одной версии, оно связано с прилагательным «картавый» — человек, который нечисто произносит некоторые звуки. Прозвища по дефектам речи давали охотно: так появлялись Гугнивые, Шепелявые и Картавые. Но есть и другая гипотеза, тюркская: слово «qardas» дословно значит «единоутробник», а в переносном смысле — «брат», «друг», «родственник». Если так, то прозвище Карташ могло указывать либо на родственные связи предка, либо на его добрый и отзывчивый нрав — человека, который всем приходился своим.

Какая версия правдоподобнее? Тут стоит вспомнить, что фамилия Карташов — не столичная и не дворянская, она распространена в южнорусских и поволжских говорах, где тюркское влияние на прозвища было сильным. Однако суффикс -аш в русских прозвищах встречается и самостоятельно, без тюркского следа: так образовывали имена от глаголов и прилагательных. Поэтому обе версии имеют право на жизнь, и без знания конкретной семейной истории выбрать между ними сложно. Возможно, со временем прозвище Карташ закрепилось за родом, а уже от него пошли Карташовы.

Двойная фамилия Соколов-Карташов могла сложиться двумя путями. Либо при браке соединились два рода, и потомки решили сохранить обе фамилии, либо это результат официального присвоения — так нередко поступали в XIX веке, когда хотели отличить одну ветвь рода от другой. В любом случае такая фамилия — редкая, и в ней ужились и поэтичный образ сокола из сказок, и будничное, земное прозвище, за которым стоит живой человек с его особенностями речи или характером.