Фамилия Сторублевская — одна из тех, что сразу бросается в глаза своей «денежной» основой. На первый взгляд кажется, что предок был обладателем крупной суммы, но здесь важнее разобраться в словообразовательной модели. Фамилия образована по типичной для польской и западнорусской шляхты модели: основа + суффикс -евск-/-овск- (женский вариант -ская). Это указывает на то, что первоначально это было прозвище или название имения, а сама фамилия — дворянская или мещанская, но не крестьянская (у крестьян такие фамилии на -ский массово появились только после отмены крепостного права).

Корень «сторубл-» восходит к «сто рублей». В XVI–XVII веках «сто рублей» — это не абстрактная сумма, а конкретная мера стоимости, например, цена хорошего поместья с крестьянами или крупного торгового оборота. Прозвище Сторубль могли дать человеку, который заплатил сто рублей за что-то (выкуп, штраф, приданое), либо тому, кто владел землёй, стоившей ровно эту сумму. В польской традиции такие прозвища часто переходили в названия усадеб (Сторублево, Сторублев), а оттуда — в фамилию владельцев.

Интересная деталь: в отличие от фамилий Рублёв или Полтинников, где корень указывает на монету, Сторублевская фиксирует не номинал, а готовую цену. Это сближает её с фамилиями вроде Стотысячный или Сорокарублёв, которые были распространены среди купцов и однодворцев. Вероятно, предок Сторублевских был не просто зажиточным, а человеком, чьё состояние или сделка запомнились окружающим именно круглой суммой.

Географически фамилия тяготеет к западу России и востоку Беларуси — регионам, где польская ономастическая модель смешивалась с русской. Встречается в Витебской, Смоленской и Могилёвской губерниях. В советское время могла «опроститься» до Сторублёв или Сторублёва, но вариант на -ская сохранил память о шляхетском или мещанском происхождении.

Есть и более прозаичная версия: в некоторых говорах «сторублёвка» — это не купюра, а название меры земли или участка, который можно было обработать за определённую плату. Тогда Сторублевская — фамилия землевладельца, чей надел равнялся ста рублям стоимости. Какая из версий верна — решить сложно, но денежная привязка остаётся главной: фамилия родилась в среде, где деньги считали и помнили.