Фамилия Стропилин — это классический пример того, как прозвище, данное человеку при жизни, закрепилось за его потомками и превратилось в родовое имя. Она образована по простой и понятной модели: от прозвища Стропила с помощью типичного русского суффикса -ин, который указывает на принадлежность («чей-то сын»). То есть Стропилин — это буквально «сын Стропилы».

Корень здесь — слово «строп». В «Толковом словаре живого великорусского языка» В. И. Даля у него есть конкретное техническое значение: так называли веревочный гуж, который закладывали для тяги или подъема груза, обводя вокруг и продевая концы удавкой. Однако в народной речи слово жило и в другом смысле: стропом называли крышу, кровлю. А стропила — это те самые бревна, которые служат основой любой кровли. Именно отсюда и начинается раздвоение версий о том, кем был первый носитель этого прозвища.

Первая версия — профессиональная. Основатель рода мог быть зодчим или плотником, который занимался изготовлением бревен для стропил. Такие «профессиональные» именования были очень распространены на Руси: человека часто называли не по имени, а по ремеслу. Стропила — тот, кто делает стропила, — звучит логично и правдоподобно.

Но есть и вторая, более ироничная версия. Стропила — это длинные, в несколько метров, бревна. В народе такое сравнение легко переносилось на человека: прозвище Стропила мог получить высокий и худощавый мужчина, которого дразнили за его рост и стать. Подобные шутливые именования — тоже характерная черта русской ономастики, и она не менее вероятна, чем ремесленная.

Точное место и время возникновения фамилии Стропилин установить сложно: фамилии на Руси формировались постепенно, на протяжении нескольких столетий, и закрепились в разных слоях общества в разное время. Однако ясно одно: перед нами не случайный набор звуков, а памятник живой народной речи, в котором сохранилось и слово, и стоящий за ним образ.