Фамилия Струц звучит коротко и энергично, но за этой простотой скрывается несколько возможных историй. Прямого ответа, от какого именно слова пошло прозвище, у исследователей нет, и это как раз тот случай, когда стоит рассмотреть все версии по порядку.

Самая вероятная основа — древнерусское слово «струс», которое означало «сотрясение, толчок». В этом случае прозвище Струс, а затем и фамилию Струц, могли дать человеку суетливому, порывистому или, наоборот, тому, кто отличался физической силой и мог «сотрясти» собеседника. Слово встречается в старых говорах, и фамилия от него выглядит вполне органично.

Вторая версия связывает фамилию с глаголом «струсить», то есть испугаться. Здесь прозвище Струс получил бы человек робкий, осторожный. Однако такая гипотеза слабее: прозвища, образованные от глаголов в прошедшем времени, обычно заканчиваются на -ил (например, Струсил), а форма «Струс» больше тяготеет к существительному. Поэтому версия с «сотрясением» выглядит предпочтительнее.

Третий, самый любопытный вариант, уводит нас в ремесленную среду. В некоторых говорах бытовало слово «струбцынка» — так называли деревянные столярные тиски, жомы или невольку, которыми зажимали детали при работе. Если прозвище Струц пошло от этого слова, то перед нами указание на род занятий: предок мог быть столяром или плотником, и его инструмент стал его вторым именем. В пользу этой версии говорит то, что фамилии от названий орудий труда встречаются довольно часто, а буква «б» в слове «струбцынка» при быстром произношении легко выпадала, давая форму «струцынка», а затем и «Струц».

Сам суффикс фамилии — нулевой, без типичных русских окончаний -ов или -ин. Это указывает на украинское или белорусское происхождение, где такие краткие формы фамилий — обычное дело. Возможно, предки носителей фамилии пришли в Россию с запада, и их прозвище сохранилось в исходном виде, без русификации.

Что касается географии, точных данных о распространении фамилии Струц в открытых источниках мало. Можно лишь предположить, что она встречается в регионах, граничащих с Украиной и Беларусью, а также в местах, куда переселялись жители этих земель.

Известных носителей фамилии, о которых можно было бы рассказать подробно, в публичном поле почти нет, поэтому ограничимся тем, что фамилия редкая и самобытная. Какая из трех версий ни оказалась бы верной для конкретной семьи, все они рисуют образ человека живого, деятельного — либо с крепкими руками мастера, либо с характером, который не оставлял окружающих равнодушными.