Фамилия Сундиев — редкий пример того, как тюркское имя прижилось в русской среде и дало начало целому роду. Её основа — личное имя Сунди (или Сунде), которое носил родоначальник. По наиболее убедительной версии, это имя восходит к казахскому слову «сәнде» — «украшать». То есть Сундием могли назвать человека нарядного, щеголеватого, любящего приукрасить себя или свою речь.

Исторический контекст здесь важнее чистой лингвистики. Фамилии с восточными корнями активно формировались в XV–XVII веках, когда выходцы из Золотой Орды, печенеги и половцы, переходили на службу к русским князьям, принимали православие и вливались в состав дворянства. Многие нерусские по происхождению дворяне сохраняли память о своих корнях в фамилии. Сундиев — как раз такой случай: имя родоначальника закрепилось за потомками через стандартный патронимический суффикс -ев.

Есть и альтернативные трактовки, но они слабее. Например, связь с чеченским словом «сунт» — «плотина, запруда» — могла бы указывать на место жительства предка, но такая версия требует, чтобы прозвище возникло уже в русскоязычной среде, что менее вероятно для столь раннего периода. А гипотеза о происхождении от этнонима «сунды» (народ в Индонезии) — вовсе экзотика: для неё нет ни исторических, ни географических подтверждений.

Сама модель образования фамилии типична для восточных заимствований: тюркское имя + русский суффикс принадлежности. Так же строились фамилии Муратов, Салтыков, Тургенев. Но если те основы легко узнаваемы, то Сундиев стоит особняком — имя Сунди почти не встречается в других русских фамилиях, что делает её уникальным памятником восточной письменности, вплетённым в русскую культуру.