Фамилия Теребрюхова — наглядный пример того, как русская речь, смешанная с живой наблюдательностью, превращалась в фамильное прозвище. Её основа — слова «тереть» и «брюхо». В старину «тереть брюхо» значило не просто делать это буквально, а вести праздный образ жизни, лениться, лежать на печи, дожидаясь, пока живот сам натрется от безделья. Так могли прозвать домоседа, бездельника или человека, который не любил лишний раз выходить из избы. В говорах слово «теребрюх» закрепилось именно за лентяем и лежебокой.

Суффикс -ов- указывает на типичную русскую модель образования фамилий от прозвищ: Теребрюх → Теребрюхов → Теребрюхова (женская форма). Принадлежность к этой модели говорит о том, что фамилия сложилась не раньше XVI–XVII веков, когда прозвища активно переходили в наследственные именования. В отличие от фамилий на -ин или -ский, которые часто привязывали к географическим названиям или отчествам, Теребрюховы «вышли» напрямую из бытового народного юмора.

Географически фамилия редкая, но встречается в центральных и южнорусских областях, где были сильны традиции прозвищного именования. В дореволюционных переписях Теребрюховы фиксировались в основном среди крестьян и мещан — сословий, где прозвища давали метко и без обиняков. Никакого отношения к «тёртому» в смысле опытного человека фамилия не имеет — это именно насмешливое указание на праздность.

С точки зрения словообразования, интересна двойная глагольная основа: «тереть» + «брюхо». Такие конструкции (по типу «Скопидом», «Вертопрах») характерны для древнерусских прозвищ, которые потом застывали в фамилиях. Аналогов в русском ономастиконе немного — например, фамилия Пустобрюхов, где корень тоже указывает на пустое, нерабочее брюхо. Теребрюхова, таким образом, звучит не просто как фамилия, а как маленькая бытовая характеристика предка, которую он получил за любовь к покою.