Фамилия Торгузов звучит непривычно для русского уха, и причина в том, что в её основе лежит не славянское слово, а, скорее всего, мордовское (эрзянское) прозвище. Если вы носите эту фамилию, ваши предки, вероятно, происходят из Поволжья, где веками жили эрзя и мокша, и их язык оставил заметный след в местных фамилиях.

Наиболее правдоподобная версия связывает прозвище Торгуз с эрзянским глаголом «таргамс», что значит «курить». В этом случае Торгузом называли человека, который курил, — привычка по тем временам не самая распространённая, поэтому она легко могла закрепиться как уличное прозвище. Есть и второе, менее вероятное прочтение: от глагола «таргоземс» — «опухать, распухать». Тогда прозвище могли дать больному человеку с отёчным лицом, но такое объяснение выглядит натянутым и вряд ли было бы популярно в качестве именования.

Алтайская версия происхождения — от слова «тургус» («божок») — существует, но она почти несостоятельна. Слишком далеко географически Алтай от основной территории бытования фамилии, и нет никаких переселений, которые могли бы принести такое имя в мордовские земли. Поэтому лингвисты и историки склоняются к эрзянскому следу.

Сам суффикс -ов указывает на классическую русскую модель образования: прозвище Торгуз + притяжательный суффикс = «сын Торгуза». Фамилия закрепилась, когда потомков этого человека начали записывать как Торгузовых. По сути, это отчество, ставшее фамилией, — типичная история для XVIII–XIX веков, когда крестьяне получали постоянные семейные именования.

Реальное упоминание фамилии встречается в Книге памяти Ульяновской области: Торгузов Пётр Алексеевич, родившийся в 1883 году в Мордовии. Он работал электротехником на заводе имени Володарского. Эта запись — ценное подтверждение того, что фамилия бытовала именно в мордовской среде и к началу XX века уже не была редкостью среди крестьян, перебравшихся в города на заводские работы.

Так что, если вы Торгузов, можете смело связывать свою родословную с мордовским Поволжьем. Ваш далёкий предок, скорее всего, был известен своей привычкой к курению — настолько, что это стало его именем на всю жизнь, а затем и фамилией для потомков.