Происхождение
Фамилия Трусенков
Фамилия Трусенков — это классический пример того, как прозвище, данное человеку несколько веков назад, превратилось в родовое имя. В основе фамилии лежит прозвище Трус, и здесь кроется главная ловушка: современный носитель языка сразу подумает о трусости, но в старину всё было не так однозначно.
«Толковый словарь живого великорусского языка» В.И. Даля фиксирует у глагола «трусить» два основных значения, и оба не имеют отношения к боязни. Первое — «посыпать, сыпать, точить», второе — «бежать рысцой». Отсюда и две версии происхождения прозвища. По первой, Трусом называли человека по роду занятий: токаря, который «трусит» (точит) деталь, либо земледельца или садовода, который «трусит» семена в землю. По второй — прозвище указывало на мастерство наездника, умеющего ехать рысью, то есть «трусить». Обе версии рисуют образ умелого, опытного человека, а не робкого.
Третья, самая очевидная для современного уха версия, тоже имеет право на жизнь: прозвище могли дать за робость и боязливость. Однако в ономастике такие прозвища встречаются реже, чем кажется, и часто носят ироничный, охранительный характер. С.Б. Веселовский в своих трудах упоминает родственные именования: Матвей Панфилович Трус Воробин (середина XV века) и Еремей Трусюк, посол в Рим к папе (1537 год). Эти примеры показывают, что основа «трус-» была вполне употребительна в XV–XVI веках и не несла однозначно отрицательной окраски.
Сама модель образования фамилии указывает на украинское или белорусское происхождение. Формант -енко (в русской адаптации -енков) — это типичный украинский патроним, обозначавший «сына такого-то». Первоначально фамилия звучала как Трусенко, то есть «сын Труса». Со временем, вероятно, род перебрался в великорусские земли, где фамилия русифицировалась: к основе добавили русский суффикс -ов, и получилось привычное Трусенков. Такой переход — не редкость: многие украинские фамилии на -енко в России приобретали окончание -ов для благозвучия и соответствия местной традиции.
Итак, фамилия Трусенков означает «потомок Труса». Но кем был этот Трус — умелым токарем, лихим наездником или человеком, которого дразнили за осторожность, — сегодня сказать трудно. Наиболее правдоподобной выглядит версия о профессиональном прозвище: она согласуется со старыми значениями слова, зафиксированными Далем, и подтверждается историческими примерами, где люди с основой «трус-» занимали видное положение (посол, помещик). Версия о трусливом характере проще, но именно поэтому она и подозрительна: слишком удобно объяснить непонятное прозвище привычным словом.