Фамилия Трусовская — яркий пример того, как географическая привязка становится наследственным родовым именем. Её основа — топоним Трусово или Трусова, а суффикс -ск- прямо указывает на то, что предок носителя фамилии был выходцем из такого места. В России и сопредельных странах десятки деревень и хуторов с названием Трусово, разбросанных от Псковской области до Красноярского края, и большинство из них получили имя по первопоселенцу или владельцу по фамилии Трусов.

Если отбросить суффикс, мы выходим на родовое имя Трус. Вопреки интуитивному восприятию, в древнерусском языке «трус» означало не пугливого человека, а землетрясение или потрясение («трус земли»). В переносном смысле так могли прозвать человека беспокойного, буйного или того, кто «трясёт» устоявшийся порядок — скандалиста, драчуна, бунтаря. В некоторых говорах «трус» фиксировался и как название человека, страдающего дрожью или трясущегося от болезни, но эта версия менее распространена. Таким образом, первичное прозвище Трус не несло оттенка трусости в современном понимании — скорее, указывало на неспокойный нрав или физическую особенность.

Модель образования фамилии Трусовская — типичная для польской, украинской и западнорусской шляхты, а также для духовенства. Фамилии на -ский/-цкий долгое время считались более престижными, чем простые крестьянские на -ов/-ев. Поэтому Трусовская могла возникнуть в среде мелкой шляхты, которая взяла фамилию по названию своего поместья Трусово, или же быть искусственной семинарской фамилией, которую давали выпускникам духовных училищ по месту рождения. Встречается и вариант Трусовский — мужская форма, от которой образована женская Трусовская.

С точки зрения словообразования, фамилия Трусовская стоит в одном ряду с такими фамилиями, как Ивановский, Петровский, Никольский. Но её корень — не каноническое имя, а прозвище, что делает её более редкой и колоритной. Если ваши предки носили эту фамилию, стоит искать их корни в западных губерниях Российской империи (Смоленская, Могилёвская, Витебская), где топонимы Трусово встречаются особенно часто, либо в среде сельского духовенства центральной России.