Фамилия Царапаев — один из тех случаев, когда основа прозвища лежит на поверхности, но в то же время ставит перед исследователем несколько вопросов. Корень здесь очевиден — «царап-» от глагола «царапать» или существительного «царапина». Однако прямой перенос «тот, кто царапается» — лишь первая, и не самая убедительная, версия.

Гораздо интереснее взглянуть на слово «царапа» (или «царапка») в диалектах. В ряде говоров так называли задиристого, сварливого человека, который «цепляется» к окружающим, как кошка. Но есть и другая, более бытовая гипотеза: «царапой» могли прозвать скрягу, который «царапает», то есть с трудом выцарапывает каждую копейку. В ономастике такой переход от физического действия к черте характера — обычное дело.

Модель образования типична для русских фамилий: суффикс -ев (после мягкого «п») указывает на притяжательность, то есть «сын Царапая». Фамилия могла закрепиться в разных социальных слоях: и у крестьянина, получившего уличное прозвище, и у ремесленника, чья работа оставляла следы (например, у жестянщика или медника). Менее вероятно, но не исключено, что корень восходит к тюркскому «царап» (царапать, скрести) — в зоне русско-тюркского пограничья такие заимствования встречались.

В исторических документах фамилия встречается нечасто, что говорит о её локальном распространении. Найти её можно преимущественно в центральных и южных областях России, где бытовали соответствующие диалектные слова. Однокоренных фамилий немного: Царапин, Царапкин — все они образованы от тех же прозвищ, но с разными суффиксами. Царапаев выделяется именно суффиксом -ев, что указывает на более архаичную, патронимическую форму.

Так что, скорее всего, предок носителя этой фамилии был либо человеком с непростым, «колючим» характером, либо тем, чья работа была связана с царапинами и заусенцами. Никакой трагедии или особой тайны в этом нет — обычная бытовая история, запёчатлённая в фамилии.