Фамилия Царапина — редкий пример, где прозвище, лёгшее в основу, не утратило прямой связи с бытовым значением слова. В отличие от большинства фамилий, где корень затемнён, здесь всё прозрачно: «царапина» — это и есть поверхностное повреждение кожи или предмета. Однако для прозвища такое слово звучит необычно — вряд ли человека называли Царапиной за то, что он оцарапался. Скорее всего, прозвище имело переносный или ситуативный смысл.

Самая правдоподобная версия — профессиональная. В русских говорах «царапать» могло означать не только скрести, но и писать или чертить. Писцов, переписчиков книг, а также резчиков по дереву или камню (тех, кто «царапал» узоры) в быту могли прозвать Царапой или Царапиной. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Царапин — сын Царапы, то есть фамилия образована от мужского прозвища Царапа, а женская форма Царапина закрепилась в роду через женскую линию или как вариант окончания.

Менее вероятно, но не исключено, что прозвище дали человеку с колким, язвительным характером — «царапучий» как острый на язык. В этом случае фамилия попадает в ряд психологических прозвищ, но примеров такой модели в русской ономастике мало.

Интересно, что фамилия Царапина почти не встречается в центральных областях России — её очаги фиксируются на севере и северо-востоке, в Вологодской, Архангельской и Кировской областях. Там слово «царапать» в значении «писать» было особенно распространено в среде грамотных крестьян и приказчиков. Это косвенно подтверждает профессиональную версию: предки носителей фамилии могли быть сельскими писарями или мастерами, работавшими с берестой и деревом.

В дореволюционных переписях фамилия встречается в единичных записях, что указывает на её локальный характер и, возможно, позднее оформление — не раньше XVII–XVIII веков, когда прозвища начали закрепляться как наследственные. Сейчас Царапина — редкая фамилия, и её носители, скорее всего, происходят из одного или двух родов, разошедшихся по стране в XX веке.